amarantina: (mark ryden: deer)
»

IV.

( Sep. 28th, 2010 12:37 pm)
Четвёртое по счёту нашествие, поджидавшее нас на ребре июля, явилось также со стороны тополей; на этот раз коварные деревья атаковали тополиной молью. Всю зиму тополя пестуют на себе мириады этих эфирных насекомых, чтобы потом натравить на окружающее пространство. Тополиная моль бывает двух разновидностей: крупная и мелкая. Крупная тополиная моль в количествах сотен и тысяч особей ползает по подоконникам, потолкам, стенам, полам, зеркалам, полкам, шкафам; забирается в ящики, углы, пакеты, корзины, складки, щели, ворс; портит настроение. Мелкая тополиная моль вызывает устойчивое повышение температуры воздуха, будучи источником аномальной летней жары; также она порой через уши пробирается в человеческий мозг, где провоцирует развитие холерической псевдомеланхолии. Мне затруднительно дать описание холерической псевдомеланхолии в силу чрезвычайно широкого набора её симптомов; кроме того, она не поддаётся клинической диагностике. Впрочем, эта болезнь часто сопровождается такими признаками, как лень, аморальность и склонность к описанию несуществующих явлений.
amarantina: (anna maria: fortune)
( Sep. 27th, 2010 10:51 am)
Третьим нашествием стала традиционная бомбардировка наших квартир и голов тополиным пухом. Говорят, некогда случилась большая война, и по итогам её на московских руинах выросла целая армия гордых завоевателей -- тополей. Городские районы были захвачены неравномерно; есть места, до сих пор удерживающие оборону. Однако области наиболее плотной оккупации теперь каждый июнь раз за разом подвергаются ударам тополиного пуха. Имперская Служба Безопасности в “Вестнике Москвы” рекомендует жителям захваченных территорий с особой тщательностью беречь компьютеры: в случае внедрения тополиного пуха в системный блок, рабочий стол десктопа начинает неудержимо зарастать тополями. Я, со своей стороны, могу только присоединиться к данной рекомендации -- не так давно мне даже пришлось заменить весь свой компьютер (кроме колонок), настолько его нутро отополилось.
amarantina: (dragonfly)
»

II.

( Sep. 24th, 2010 08:46 am)
Зато второе нашествие заметили все, заметили по старинке, благо было это нашествие привычное и ожидаемое: поляны, лужайки и речные равнины, дворы и закоулки, даже жалкие клочки открытой травы оказались оккупированы желтоголовыми ратями одуванчиков. Удивительный жизненный уклад одуванчиков определяется их дикой кочевой натурой. Молниеносно захватив первоначальный плацдарм, одуванчики заполняют поверженную поверхность земли испепеляющей желтизной. Ослепительный этот жёлтый цвет подавляет сопротивление и собирает дань со всех окрестностей, чтобы, как придёт срок, взрезать хрусталь пространства и остановить равнодушное время. В открывшуюся таким образом дыру устремляются неисчислимые орды временно поседевших аэронавтов -- прочь, в другой мир, чтобы и там жечь жёлтым цветом, пронзать двери и двигаться дальше, без остановки, по вереницам павших вселенных.
У одной кошки был роман с одним деревом. К этому дереву она приходила в горе и в радости, и только рядом с ним она чувствовала себя дома, уютно покоясь в сильных ветвях, ласково прижимаясь к шершавой грубой коре.

Однажды, когда кошка в очередной раз удобно устроилась на развилке ствола, к дереву подошла девочка.
-Кис-кис-кис, - сказала девочка. - Иди ко мне! Ты такая хорошенькая, и у меня есть вкусная еда для тебя.
Но кошка даже и ухом не повела.
Затем появилась молоденькая кошечка, подруга нашей героини.
-Эй! - позвала она. - Скорее слезай с этого дерева и пойдем со мной; там такие коты, просто ах! Давай, не пожалеешь!
Кошла только лениво покосилась, да поуютней улеглась; подруга же ушла, презрительно махая хвостом. "Глупая, - подумала кошка, - вырастешь и узнаешь, в чем настоящий кайф". И нежно замурлыкала.
А потом пришел большой черный пес.
-Ррр! - сказал пес. - Если бы ты не сидела на дереве, а ходила по земле, я бы тебя укусил.
-Ну-ну, - презрительно фыркнула кошка. - Тебе меня не догнать.
-Рррр! Догнал бы! И укусил, больно-больно! Спорим?
-С тебя мороженое, - крикнула кошка, спрыгивая с дерева, и бросилась бежать, а следом за ней черный пес.

Дерево же осталось стоять, как ни в чем не бывало. Оно знало, что, вволю набегавшись, кошка к нему вернется.
Однажды маленькая капуста брокколи решила подышать свежим воздухом и отправилась на прогулку в лес. Было мокро, накрапывал дождь. Путь капусте неожиданно перегородил огромный дуб - старый, важный и раскидистый. Некоторое время брокколи молча и неподвижно разглядывала дерево; дуб ее, похоже, не замечал.

-Уважаемый, а вы не комплексуете по поводу вашего роста? - спросила вдруг капуста.
-Что? - не понял дуб.
-Вас не смущает ваш низкий рост?
-Что-что?
Тут дуб, наконец, увидел свою собеседницу.
-И это говоришь ты, малявка? - очень удивился он. - Если, глупая маленькая капуста, ты еще не заметила, я самое высокое дерево в лесу.
-Позвольте с вами не согласиться, - не смутилась брокколи. - Самым высоким вас можно назвать только в нынешний момент времени, но вообще со мной вам даже не сравниться. Вы уже достигли предела вашего роста и больше не вырастете ни на дюйм, а я - молодой растущий организм на ранней стадии развития; так что абстрагируйтесь от реалий настоящего и сравните нас в целом, как виды. Мы, брокколи, в зрелом состоянии довольно велики: дубы рядом с нами выглядят травой. Замечу, что капуста брокколи - это высшая форма жизни на Земле; мы развиваемся медленно, но верно, и через много миллионов лет собираемся захватить власть на этой планете, вытеснив всех остальных путем естественного роста. Думаю, кое-что уже будет заметно через пару-другую тысяч лет.
-Ха! - бросил сверху дуб и потерял интерес к разговору.

Через пару тысяч лет они встретились снова.
В этот день он в первый раз увидел зиму.

Он был обычным кактусом: вырос в тепличных яслях; весной начал взрослую жизнь в новом горшке на подоконнике; все лето рос, крепчал и набирался сил, а осенью любовался на расцветшие яркими цветами деревья. Однако деревья в конце-концов отцвели и поскучнели, за стеклом же без конца лилась куда-то вода, повергая кактус в уныние. И однажды пришло утро, когда он проснулся, выглянул в окно и осознал, что мир изменился. Вода бесследно исчезла, грязь тоже. Мир стал ослепительно-белым и пронзительно-голубым; лишь кое-где глаз отдыхал на привычных серых и бежевых тонах. Растерянно растопырив колючки, кактус смотрел и смотрел на снег, не в силах оторваться, пытаясь справиться с щемяще-пронзительным чувством в душе. В этот день кактус понял смысл своей жизни.
Как только эта лилия расцвела, стало ясно, что она является прекраснейшей лилией на свете. Никто из лилий, как ныне живущих, так и давно умерших, будь они белыми, красными и даже тигровыми, не мог и отдаленно сравниться с этой юной красавицей - столь нежны были ее лепестки, столь благоуханен был ее аромат.

Тут-то ее и сорвали.
Далеко-далеко, посреди дремучего леса, жили-были три елки - одна кривая, другая косая, третья облезлая. И отличались эти елки крайне скверным нравом, ничуть не уступающим по силе их внешнему уродству. Они без конца ругались с соседними деревьями и друг с другом, обзывались нехорошими словами, кидались шишками и прицельно стреляли по соседям острыми иглами. Ничего удивительного, что никто из деревьев в лесу не желал расти рядом со столь склочными особами. Так и вышло, что в конце концов три приятельницы оказались посередине широкой поляны: видеть окружающие деревья они могли, но заговорить с соседями не было никакой возможности, даже если кричать во всю мочь. Ибо ни одно разумное дерево не желало расти там, где с ним могли заговорить сварливые елки.

читать дальше )
Червяк полз вверх по дереву. Обычный дождевой червяк, но он был не такой, как все. Как и все дождевые черви, он ползал по земле, но иногда, в отличие от своих собратьев, он поднимал глаза к небу. И на небе он видел звезды. Звезды были настолько прекрасны, что казались потусторонним видением. Они манили червяка. Они внушали ему отвращение к копанию в земле. Они ввергали червяка в отчаяние своим недоступным великолепием.

И вот однажды, копаясь в земле, червяк вдруг наткнулся на что-то твердое. Он выкопался наверх и увидел перед собой дерево. Дерево было потрясающе огромным: его ствол был столь обширен, что взгляд с трудом достигал его краев, а ветви уходили в небеса, к самым звездам. Да-да, звездам! В глазах червяка вспыхнул огонь. Решение он принял немедленно - ползти! Вверх по дереву...

Как же неимоверно долог и труден был путь! Дни сменялись ночами, ночи - днями, а червяк все полз и полз. Грубая кора ранила его нежную кожу, солнце обжигало его своими безжалостными лучами, заставляя весь день скрываться в тени листьев, но ночью червяк вновь видел звезды, и звезды вновь воспламеняли его сердце надеждой. Червяк не раз срывался с веток, падал на нижние уровни дерева, вновь проходил уже пройденные участки пути. Пролетающие мимо бабочки смеялись над червяком и показывали на него пальцем. Но терпение червяка казалось неисчерпаемым, ибо его поддерживали мечта и надежда. И червяк полз все дальше и дальше.

До сих пор ползет.
amarantina: (spiral)
( Oct. 8th, 2004 12:14 am)
Все лето он мечтал о путешествии.

Он грезил далекими странами и приключениями, он мечтал исследовать дремучие леса и проплыть по величайшим рекам мира. Ему снилось море, которого он никогда в своей жизни не видел.
Но все было как всегда. Дела, дела - и путешествие вновь и вновь откладывалось еще на один день.

А дни, тем временем, становились короче, а ветер дул все пронзительнее, и вот уже лето сменилось осенью.
Когда же первые осенние холода сковали ночью землю, он понял - момент настал. Если он не уйдет прямо сейчас, то не уйдет никогда: путешествие будет откладываться до тех пор, пока он окончательно не превратится в труху. И, вдохнув терпкий бодрящий воздух, кленовый лист сорвался, наконец, с ветки, оседлал холодный осенний ветер и отправился в свое первое и последнее путешествие.
-О, возлюбленная моя! Что может сравниться с твоей красотой? Твоя кожа нежнее лепестков роз, твои глаза ярче изумрудов, твои пальчики тоньше травинок! Даже солнечные лучи боятся коснуться твоего восхитительного тела, преклоняясь перед этим божественным совершенством... Ах, я недостоин тебя, о прекраснейшая! - Так думал куст об очаровательной ящерице, стараясь отбрасывать тень немножко правее, чтобы не заслонять любимой солнце. Ведь, как и подобает ящерице, она грелась в солнечных лучах, уютно расположившись на большом плоском камне.

Это была любовь с первого взгляда, так что вышеприведенный монолог повторялся в различных вариациях уже несколько часов подряд - с тех пор, как ящерица устроилась на камне, а куст ее впервые увидел. Но оба они могли подолгу предаваться любимым занятиям. Они вообще отлично подходили друг другу: она, такая милая и изящная, возможно, чуточку капризная, но сколь же обворожительная! - и он, преданный и заботливый, мужественный и поэтичный. Возможно, это была самая прекрасная пара на свете, самая большая и светлая любовь - куда там Джульетте с Ромео!

Но - увы! - куст не умел говорить, поэтому все его любовные признания произносились лишь в мыслях. Так и осталась эта любовь неразделенной.
.

Profile

amarantina: (Default)
Amarantina

June 2011

S M T W T F S
   1234
567891011
1213141516 1718
19202122232425
2627282930  

Syndicate

RSS Atom

Expand Cut Tags

No cut tags
Powered by Dreamwidth Studios